Яндекс.Метрика

Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе»

О чем говорят мужчины

b46

   А действительно, о чем? У нас была возможность это узнать. И не у кого¬нибудь, а у деловых, энергичных, известных мужчин, первых лиц крупных компаний.
   Наше приглашение приняли: Александр БИТАРОВ, председатель совета директоров строительной компании «Новый город», секретарь политсовета партии «Единая Россия»; Антон ВОЛКОВ, генеральный директор ОАО «Сибавиастрой»; Михаил ДАВЫДОВ, председатель совета директоров ОАО «Братскдорстрой»; Николай ТРУФАНОВ, генеральный директор ООО «Верхнеленское речное пароходство», депутат Законодательного собрания Иркутской области, заместитель председателя комитета по собственности и экономической политике;  Андрей ЩУКО, директор Иркутского филиала «МНТК «Микрохирургия глаза», доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный врач РФ, главный офтальмолог Иркутской области; Сергей ТЕН, генеральный директор Группы Компаний «Труд», депутат Законодательного собрания Иркутской области.
 

Х. В.: Что вы сделали, чтобы сказать: я состоялся? Известно классическое: построить дом, посадить дерево, вырастить сына…

Антон ВОЛКОВ:
— Следую классической схеме. Всю свою сознательную жизнь строю дома. У нашей компании 80¬летняя история. «Сибавиастрой» — это промышленные объекты, сотни тысяч квадратных метров жилья, строили кварталами, возводили и реконструировали взлетно­посадочные полосы, а деревьев сколько посадили… Эти самые восемь десятков лет обязывают сохранить людей, базу, традиции, доброе имя. Строятся дома, растут сыновья и деревья. Оценку дадут люди. А сказать: я состоялся! — это подвести финишную черту. Всегда есть куда расти и развиваться.
Андрей ЩУКО: Говорят, что мужчина в своей жизни должен построить тещу, отрастить живот и посадить печень (все смеются). Думаю, это многие выполняют успешно, в России особенно. А что касается вашего вопроса, состоялся — не состоялся, то в моем возрасте уже можно говорить о каких­то результатах. Безусловно, мне в жизни удалось достаточно много: открыть в 83 году офтальмохирургическое отделение, первое в Иркутске, стоять у истоков «МНТК «Микрохирургия глаза» с совершенно новой конструкцией здравоохранения, которая до сих пор остается исключением из правил, и 16 лет уже возглавлять этот коллектив, открыть много новых подразделений, своих собственных уже филиалов… Как отец я тоже состоялся: у меня трое детей, двойняшкам по 22, старшему 30 лет. В этом году внучка родилась.
Александр БИТАРОВ: По образованию я медик: окончил медицинский институт, ординатуру, работал врачом. А потом в моей жизни началась тема строительства, и я, смею надеяться, внес свой вклад в развитие Иркутска. Современные жилые комплексы выросли в основном на территории трущоб и старых деревянных заваленных домов, которые не красили центр города. Об этом в «Новом городе» есть своя история, записанная на видео и снятая на фото, как эти трущобы мы превращали в цветущие кварталы. Не строили точечно, а возводили комплексы, одни из лучших в городе. В них по максимуму предусмотрено все: детские площадки, гаражи, магазины. Я горжусь реальностью, которую мы создали, в этом я состоялся. Мне очень везет с людьми, с командой, которая собирается вокруг. И считаю, это не просто везение, а определенная заслуга, потому что я очень ценю хорошие кадры, думаю, что изречение «короля делает свита» — это аксиома, от этого никуда не денешься. Ни один самый сильный человек не способен достигнуть самых серьезных результатов, если у него не будет хорошей команды, которую надо ценить. То, что «Новый город» сделал сегодня в Иркутске — отстроенные девять жилых комплексов, — это заслуга команды. Моя заслуга в том, что я сумел всех собрать. Сегодня «Новый город» — это уже не одна компания, а определенного рода холдинг.
Михаил ДАВЫДОВ: В тридцать пять, наверное, рано подводить какую¬то черту. Человек считает, что он состоялся, но в этом лишь подобен муравью, поднявшемуся на холм. Вот он на вершине холма, а за холмом еще высоченная гора!
Сергей ТЕН: Я согласен с Михаилом. Так можно сказать, когда ты уже прошел весь свой жизненный путь. У меня любимая жена, двое детей, и я не собираюсь останавливаться на достигнутом (улыбается).

Х. В.: Хорошо, Сергей Юрьевич, давайте подойдем к этому вопросу с другой стороны. Представьте свою доску почета, что бы вы на ней разместили?

Сергей ТЕН: В свои тридцать с небольшим руковожу крупным предприятием, которое строит дороги, дома, детские сады и школы, производит продукты питания. Мы работаем по всей России, но зарегистрированы в Иркутске. В этом году я стал депутатом Законодательного собрания и очень дорожу доверием людей, интересы которых я представляю. Я горжусь нашими объектами — это дорога «Амур», обход Иркутска — большинство сотрудников «Труда» знают каждый метр этого 24¬километрового участка трассы. Горжусь школой на Шикотане, детским садиком и причалом в Южно­Курильске, обходом Богородицка в Тульской области… Горжусь продукцией «Саянского бройлера». Но главное — своей командой, каждым человеком «Труда».
Николай ТРУФАНОВ: Любимая работа, любимая жена и любимые дети, доброе комфортное состояние в семье — без этого ты не сможешь считать себя человеком, который состоялся. Имеешь потенциал и двигаешься дальше, не стоишь на месте — этим ты тоже доказываешь свою состоятельность. Одно время к нашей профессии было потеряно внимание. Общий провал в экономике сказался. Мы на себе это перенесли, вера в профессию у нас осталась. Мы сохранили технически подготовленный флот, переоборудуем и строим новые суда, готовим молодежь. Хотя не все так просто, но у водного транспорта есть будущее. Он всегда был самым дешевым с точки зрения оказания услуг. Сейчас на Лене развивается заготовка древесины и ее глубокая переработка в Усть­Куте. Это дополнительные рабочие места, увеличение грузопотока, это новые технологии. Мы в этом заинтересованы. Участвуем в инвестиционных проектах, ведем работу по пассажирским перевозкам, занимаемся открытием новых линий. Мне доставляет удовольствие, если я помог, создал условия, которые улучшили положение людей, как на севере, так и в других точках.

Х. В.: Ваши правила движения в жизни и бизнесе?

Александр БИТАРОВ: Я считаю, что бизнес должен быть честным, порядочным. Выигрывать и достигать результатов за счет того, что ты обманул, кинул своих конкурентов или своих партнеров, — невозможно, неправильно, за это ты будешь в итоге наказан.
Михаил ДАВЫДОВ: Как на дороге: есть правила, и нужно их придерживаться. Вот у меня сейчас истек срок действия водительского удостоверения, и я за руль не сажусь. Есть вещи с определенными допусками, ими пользуешься, поворачиваешь, но под «кирпич» не поедешь. Так и в жизни, и в бизнесе: придерживайся рамок. Не всегда получается следовать правилам буквально, но стремиться нужно.                                                                                                             Николай ТРУФАНОВ: Я всегда говорю: сам в первую очередь будь человеком, а потом требуй отдачи. Если ты к себе нетребователен, то ты не можешь спросить с других. Не обмани, не предай, будь всегда ответственным за те обязательства, которые берешь на себя. Если ты этого не выполняешь, ты набираешь минусы. Надо с людьми, которые активны, найти друг друга и идти с ними дальше. Это мое кредо. Вера в людей — есть основа. Если ты отдаляешься от них и начинаешь считать себя более богатым, более успешным или более счастливым с точки зрения своего места в обществе, ты начинаешь предавать тех, с кем ты начинал. Социальная ответственность перед ними во мне живет. И я никогда не перешагну через эту грань.
Антон ВОЛКОВ: Меня отец приучил в свое время, и я неукоснительно следую золотому правилу: слова никогда не должны расходиться с делом, потому что в бизнесе многое делается просто на веру и не все пропишешь в договорах. Все наши партнеры уже неоднократно убеждались, что гарантийное письмо «Сибавиастроя» — это как вексель Сбербанка, это железно. Мы гордимся и дорожим своим именем. Такой имидж, который предприятие сумело заработать за свою многолетнюю историю, дорогого стоит. Если я чего¬то не могу или не хочу, говорю прямо. Считаю, что по¬другому нельзя дела вести.
Андрей ЩУКО: Полностью поддерживаю Антона Юрьевича. Одно из главных положительных качеств человека — быть хозяином своего слова не только в бизнесе, но и в жизни. С человеком пунктуальным и обязательным приятно иметь дело, и наоборот. И открытость, и сочетание строгости, требовательности и доброты — обязательно такой баланс должен быть, чтобы не распускать коллектив, и в то же время чтобы люди были уверены: если, не дай Бог, что­то случится в жизни, то всегда есть к кому обратиться за помощью. Это очень важно для человека. Тем более в наше время.
Сергей ТЕН: Я помню очень хорошо слова моего отца, который не терпел нытья про то, что все плохо. Он говорил: пахать надо! Надо вкалывать. Мы и вкалываем. Мне часто приходится общаться с людьми, которые работают на дороге, в поле, за рычагами дорожной техники, у станков, с учителями, врачами. Труд — это священное слово. Тем более для нас, людей из Сибири, где ничего легко не достается. На юге воткнул палку в землю, дождь прошел, и она зазеленела. У нас, чтобы чего¬то добиться, надо работать. Мы в «Труде» приняли миссию, в которой прописаны принципы: уважение к человеку, совершенствование и здравый смысл, это и мое жизненное кредо.
Александр БИТАРОВ: Ценить человека и отдавать себя людям, этому я учился с детства. У меня отец и мама военнослужащие, мама больше 25 лет проработала в войсках МВД, отец из МВД ушел на пенсию полковником. От родителей мне привились работоспособность, отношение к жизни и окружающим.
Сергей ТЕН: Помню такую историю, я учился во втором классе. Рядом с нашим домом был детский сад. У нас, пацанов, появилась забава — мы сторожа из сада дразнили. Залезем на забор и дразним: «Шуба, валенки бегут». Он однажды не выдержал — и за нами. Пацанов десятка полтора, все в разные стороны. А отец мой стоял на балконе дома, увидел, что за мной гонится мужик, и выпрыгнул со второго этажа. Мужик меня догнал, я думал, он мне голову оторвет. Но он что­то нравоучительное сказал и ушел. А отец в это время стоял неподалеку, смотрел и не вмешивался. Он меня, конечно, защитил бы, если бы меня начали бить. Но он смотрел, как я себя буду вести. Первое, что я понял: отец готов любой ситуации прийти мне на помощь. Второе: нужно с уважением относиться к людям.
Михаил ДАВЫДОВ: Я общался с отцом Сергея, Юрием Михайловичем Теном, у него я многому научился. Общаюсь с Виталием Борисовичем Шубой, помощником которого я являюсь. Это поколение стойких мудрых людей, они — пример для молодых во многих начинаниях. И жизнь нам постоянно дает возможность применить преподанные ими уроки. Когда в сложную экономическую пору я только пришел на предприятие «Братскдорстрой», оно находилось в тяжелейшем состоянии, на грани банкротства. За последние четыре года работы ситуация кардинально изменилась — введены десятки километров федеральной трассы М53, другие объекты, сохранен работоспособный коллектив и развиваются новые направления. Вообще, если говорить о правилах ведения бизнеса, его нужно выстраивать, опираясь на надежных людей, которые не подведут. Это, в первую очередь, твои друзья. С Антоном Волковым познакомились через его отца, Юрия Вениаминовича. С Дмитрием Ракитиным знакомы еще со школы. Дружеские отношения помогают в бизнесе, у нас с Антоном и Дмитрием есть совместные серьезные проекты. Скоро в Иркутске откроется большой спортивно­оздоровительный комплекс Gold’s Gym, хороший подарок городу к юбилею. С Романом Шубой работаем вместе и дружим уже несколько лет. С Сергеем Теном мы одноклассники. (Обращаясь к Сергею Тену.) Помнишь, как ты пришел к нам в сформированный уже класс — а учились мы в 25 школе — и через какое­то время стал председателем совета дружины! С тех пор наши дороги с Сергеем Юрьевичем пересекаются во всех смыслах. В прошлом году «Труд» сдавал в эксплуатацию обходы Иркутска и Тайшета, а наша компания «Братскдорстрой» — 10 километров современной автомобильной трассы между Нижнеудинском и Тайшетом. Этими дорогами мы гордимся.

Х. В.: Когда вы поняли, что стали взрослым?

Антон ВОЛКОВ: Не считаю себя каким­то взрослым дядькой суперсерьезным. Я до сих пор с удовольствием на равных играю, дурачусь, смотрю мультики с сыновьями. С одной стороны, чувствую себя мальчишкой, а с другой — старцем, на котором лежит груз ответственности за предприятие с почти вековой историей, с коллективом в несколько сотен человек.
Сергей ТЕН: В душе я мальчишка. И это нормально. У человека может быть много возрастов.
Андрей ЩУКО: Взрослость — это ответственность. Когда я женился — почувствовал ответственность, когда появился ребенок — стал ответственным за него. Но с другой стороны, ответственность не мешает оставаться в душе всегда молодым. У меня нет ощущения возраста. Вот Святослав Федоров, создатель МНТК, был мальчишкой до последнего своего часа. Он погиб в 72 года. Он был азартным человеком, загорался молниеносно. Во всем новом участвовал, в шахматы с компьютером играл просто потрясающе, в бильярд выигрывал. Я познакомил его с Денисом Мацуевым, они с Федоровым играли в бильярд в его загородном доме, и он Денису даже ни разу по шару ударить не дал.

Х. В.: Андрей Геннадьевич, к слову, Денис Мацуев — ваш брат?

Андрей ЩУКО: Моя любимая бабушка Надежда Михайловна Мацуева — женщина необыкновенной доброты, красоты, потрясающая хозяйка и актриса, приходилась родной сестрой деду Дениса. Я Дениса помню с пятилетнего возраста, когда он еще не доставал до инструмента, но уже начинал подбирать, а сейчас он мировая величина номер один. У меня по линии бабушки все были творческие люди, играли на инструментах, в театре. Я тоже когда­то играл в вокально¬инструментальном взрослом ансамбле, будучи семиклассником. И если бы не родители, которые хотели, чтобы я стал врачом, то мог бы уйти в этом направлении и быть музыкантом!

Х.В.: Если бы что­-то дано было изменить, кем бы вы стали?

  Антон ВОЛКОВ: Я другого пути для себя не видел. Мне очень нравится стройка. Чувствую, что на своем месте, и ничего не стал бы менять. Счастлив, что продолжаю дело отца, строительную династию и при этом занимаюсь любимым делом.
Николай ТРУФАНОВ: Если бы не стал флотским человеком, я бы обошел с другой стороны материк и зашел снова в эту же стихию. Она по всем параметрам моя, даже по знаку зодиака я — Водолей. Хотя работа сопряжена с длительными командировками, психологическими нагрузками, но я от нее получаю такой драйв! Я мечтал ходить на судах и шел к этому из пункта в пункт. Начинал с малого, переходил к среднему, к управлению людьми, хозяйством, флотом. В этой профессии мне комфортно.
Михаил ДАВЫДОВ: Отец и мама у меня врачи. С Димой Ракитиным еще в школе решили, что будем врачами. Институт я окончил, но ни дня не работал по этой специальности. Меня на третьем курсе увлек бизнес. Хотя, знаете, медицинское образование помогает. Познав определенные параметры работы организма, перекладываешь ситуацию на бизнес. Если что не так — смотри и изучай историю болезни (улыбается). Отец  тоже не испугался сменить профессию, стал реставратором, открыл свою столярную мастерскую, восстанавливает старые вещи. Это пользуется спросом, ему приносит удовольствие. Он и меня к ремеслам приобщил. Я в состоянии своими руками построить дом, гараж, печку, камин. И печником я поработал, и строителем…

Х. В.: Ваш сумасшедший поступок или мечта?

Михаил ДАВЫДОВ: В мединституте я познакомился с Настей, своей будущей супругой и через три дня после знакомства сделал ей предложение! Я этого сам от себя не ожидал (улыбается). До этого у меня были совсем другие планы на жизнь. Я даже допускал возможность смены географии проживания. С тех пор мы вместе, у нас два сына.
Александр БИТАРОВ: Друзья говорят, что когда я из солнечной Грузии переехал в Сибирь и перевез родных, это был совершенно сумасшедший поступок. При распределении после института я хотел переехать в Россию, и было одно единственное место — Сибирь. Мой тренер (а я был кандидат в сборную СССР по регби) пришел к отцу и сказал: «Если вы не можете решить вопрос с распределением, мы оставим вашего перспективного сына через спорткомитет». На что папа ответил: «Да я могу его оставить в Грузии, но он «больной», сам едет в Сибирь, куда людей ссылали» (улыбается). А мечта… В детстве я очень хотел стать первым секретарем обкома партии. Это разве не сумасшедшая мечта? Мечтал полететь в космос, а сегодня с парашютом прыгать не хочу. У меня четверо детей, внучка, поэтому и минимально рисковать не собираюсь… Мечтаю построить самое высокое здание в Иркутске, в 20¬25 этажей. Поступок это не сумасшедший и не сумасшедшее желание, но как было бы здорово, если бы мы смогли взять такую высоту!
Сергей ТЕН: В какой­то момент я понял, что необдуманно я не имею права собой рисковать, идти на экстремальные поступки, связанные с моей жизнью, здоровьем и безопасностью. На мне большая ответственность за семью, детей, за коллектив.
Антон ВОЛКОВ: Была сумасшедшая мечта — прыгнуть с парашютом. В Австралии с женой прыгнули с высоты 4 километра 200 метров… Это незабываемое, одно из сильнейших впечатлений в жизни! Приземлились, подумали: у нас же дети… Хотя есть еще сумасшедшие мечты. Очень хочется научиться управлять вертолетом и побывать в космосе! (Смеется.)

Х. В.: А что касается бизнеса, риск нужен?

Сергей ТЕН: В бизнесе риск — это нормально, но при этом ты должен понимать, что все в руках Бога. Рисковать нужно, потому что даже если у тебя не получается, это твой опыт, это тот багаж, который ты ничем не заменишь. Есть такая история. Одна молодая журналистка мечтала пообщаться с известным человеком вроде Билла Гейтса. Она случайно встретила его в лифте, и он разрешил ей задать несколько вопросов. «Как вы добились таких результатов?» — «Девушка, у меня мало времени. Скажу всего два слова: правильные решения». — «Хорошо, а правильные решения как рождаются? У вас советники есть?» — «Я вам скажу только одно слово: опыт». — «А откуда опыт?» — «Неправильные решения». Так вот, опыт берется только тогда, когда ты рискуешь. В противном случае этого опыта у тебя может не быть. Риск — это пряная приправа, ее совсем немножко добавляешь, потому что без нее — пресно или приторно.
Михаил ДАВЫДОВ: Есть такая теория распределения Стьюдента, где просчитывается вероятность случайного события. Как бы ты ни пытался все предусмотреть, все равно остается доля риска. Но ты на это идешь сознательно. С большим риском было связано наше решение о судьбе «Братскдорстроя». Это предприятие, ровесник Братской ГЭС, в свое время построило современную объездную дорогу — обход города Братска, на нем лежал отблеск побед социализма. А потом дела пошли плохо. Была большая кредиторская задолженность, но мы не стали банкротить фирму, взяли на себя эту задолженность. Ситуацию вытянули, получили достойные объекты, ввели в эксплуатацию более 30 километров дороги. Сохранили коллектив, где 500 человек! А то, что сопряжено с неоправданным риском, я этого не люблю. Если можно вечером в город не выезжать, не буду выезжать, если можно пешком ночью не ходить — и не буду. Если можно не летать, никуда не летаю. Я не люблю попадать в обстоятельства, которыми я не в состоянии управлять. Если ты едешь на рыбалку или на охоту, там есть риск, но он в моих руках. Да и нет у меня интереса куда¬то лететь. Лучший отдых — здесь, на Байкале!
Александр БИТАРОВ: Говорят, кто не рискует, не пьет шампанского. Когда Россия попала в мировой кризис, мы ощутили его на себе в полной мере. На тот момент в Иркутске на строительный рынок уже зашло много игроков, стали строить даже те, кто этого делать не умел. И потребитель не смог «поднять» тот объем жилья, который рынком был предложен. Застройщики стали испытывать страшный недостаток в продажах, цена квадратного метра пошла вниз. К осени мы потеряли процентов тридцать в цене. Очень многие стройки остановились, многие компании обанкротились, кто­то ушел со строительного рынка. «Новый город» — компания, которую я в то время возглавлял, стала одной из немногих, кто не снизил объем строительства. Чтобы продолжить стройку и выполнить свои обязательства перед людьми, мы взяли кредиты. Рисковали довольно серьезно, но наши действия были подтверждены твердыми расчетами. Мы понимали, что государство не бросит в целом эту отрасль, потому что на ней завязаны миллионы людей: с одной стороны, те, которые работают в ней, с другой — которые потребляют. И все получилось, падение цен ушло. Наше жилье стало продаваться очень хорошо. Уже полгода как мы вышли на докризисные объемы.
Николай ТРУФАНОВ: С 97¬го по 2000¬й нас просто лихорадило, по сути, мы стали банкротами, но мы были первыми на реке, кто вошел в зону оздоровления. Мы верили, что настанут времена, когда можно будет выйти в прибыль. Я тоже рисковал, брал кредиты, мы платили людям продуктами — овощами, мясом, рыбой. Надо было сохранить коллектив, и мы его сохранили.
Антон ВОЛКОВ: Тот, кто не рискует совсем, не получает ничего. Кто рискует по¬крупному — скорее всего, потеряет все. Риск должен быть оправдан, просчитан, взвешен. Во время резкого скачка цен на недвижимость было искушение набрать кредитов, увеличить объемы в разы, резко расшириться в надежде все быстро окупить. Проанализировали ситуацию, решили: это явление временное, удержались от соблазна рискнуть по¬крупному. Время показало, что оказались правы. И несмотря на кризис, продолжали модернизировать производство, докупали технику, не подвели ни одного дольщика, не сорвали обязательства и сроки. Запас прочности у нас был и остается приличным.
Андрей ЩУКО: В этом году МНТК будет 25 лет. Мы прошли и дефолт, и перестройку, и путч, и кризисы, но самое интересное, что мы сейчас возвращаемся в те времена, когда наше здравоохранение не знало примера МНТК. Некоторым людям очень не хочется, чтобы МНТК существовал. Если удастся еще и это выдержать, то будет достойный Книги рекордов Гиннесса пример выживания в экстремальной стране отдельно взятой уникальной структуры, какой является МНТК.

Х. В.: Вот вы говорите: Россия экстремальна для жизни и для работы. А вам не хотелось сменить страну?

Александр БИТАРОВ: Категорически нет. Хотя иногда и страшно обидно, когда видишь, что в странах Европы некоторые вещи делаются гораздо лучше и грамотнее, чем у нас. И поражаешься, ведь у нас все есть, ну, может быть, кроме климата и погодных условий (никуда не денешь нашу Сибирь с морозами), не хватает, наверное, воспитания. И берет глубокая обида, когда понимаешь, что мы живем не по правилам, которые должны быть в нашем общем доме. Но я патриот и хочу, чтобы мы что­то изменили.
Я из Грузии привез сюда всю семью — детей, родителей. Собрал всех здесь и считаю что Сибирь, Иркутск — вторая моя родина. Очень хочу, чтобы у нас тут становилось лучше. Все для этого есть, главное, чтобы люди работали мощнее, чтобы отдавали себя, вкладывали деньги здесь, тогда мы станем богаче, и жизнь станет лучше.
Михаил ДАВЫДОВ: Не только Россия экстремальная страна. Египет разве не экстремальная? Мы постоянно находимся на каких­то развилках, перекрестках, но все острые углы можно плавно обходить. Понятно, если ты лезешь в какую¬то авантюру, то экстремальности прибавляешь. Надо идти по своей тропе и по своим лункам рыбачить.
Я даже в мыслях не допускаю, что можно из Иркутска уехать. А тем более — из России! Все меня здесь связывает по рукам и ногам: семья, родители, друзья — а они никуда не уедут, предки мои здесь похоронены. О делах говорить не буду, дела — это преходящие ценности. Самое главное — это Байкал. Он меня накрепко притянул!
Николай ТРУФАНОВ: У меня была возможность остаться в Америке. Когда мы познакомились с Леной, она собиралась туда переезжать вслед за подругой, уже квартиру здесь продала. Я ее не отпустил одну и полетел с ней. Очень боялся ее потерять, и в самолете сделал предложение руки и сердца. Она ответа не дала сразу, до последнего меня интриговала. И только когда я увидел слезы подружки, понял, что Лена летит со мной назад, в Россию. Остаться в Америке, даже с любимой женщиной, — это для меня было неприемлемо. В моем понимании, лучшее место для жизни — Россия, и никогда не возникало желания изменить ей. Слава Богу, что Лена меня услышала. И потом, уже в комфортном семейном состоянии, я начал развивать свое дело. В другой стране я бы себя потерял. И не стал бы тем счастливым человеком, кем стал сейчас.
Андрей ЩУКО: Есть такой анекдот. Выстроили на площади большое количество людей, и объявили: завтра каждого третьего будут вешать. Вопросы есть? Вопрос один — веревку выдавать будут или с собой приносить? К сожалению, рабская психология осталась у большинства населения: «От меня ничего не зависит, будь что будет!» Нельзя заниматься только одобрямсом. Я живу здесь, в России, никуда не собираюсь переезжать и хочу, чтобы люди здесь были свободны, без этой рабской психологии, и чтобы никаких аллегорий в нашей жизни не было.
Антон ВОЛКОВ: Мы всей семьей много путешествуем, смотрим страны, народы. Бесспорно, во многих местах в мире люди живут в чем­то лучше нас, но они строили это веками, и пытаться втиснуться в их благополучие ни к чему. Нужно самим в своей стране строить лучшую жизнь. А метаться, искать где лучше — можно и себя потерять… И потом, всякий раз возвращаясь домой, испытываешь непередаваемое счастье. Вот это ощущение своего дома ни с чем не сравнишь. Последние события в мире, природные катаклизмы, наводнения, землетрясения, проблемы с питьевой водой — очень может быть, что скоро все поедут к нам в Сибирь (улыбается).

Х. В.: Человек может что-­то изменить в системе, в ситуации?

Сергей ТЕН: Вот вы нас собрали вместе — сильных, здоровых мужиков, которые хотят и могут многое сделать каждый в своей области. Я хочу заниматься политикой и знаю, что принесу пользу. Хочется, чтобы у нас в Иркутской области было все хорошо. Чтобы дороги были хорошие. Чтобы не уезжали талантливые, умные люди. Иркутск — город, где встретились мои родители. Мама родилась на Алтае, отец — на Сахалине. Я хочу, чтобы мои дети жили в Иркутске и гордились своим городом.
Михаил ДАВЫДОВ: Что мы все можем сделать для своего города? Мэр должен принимать верные решения, маленький ребенок — не бросать бумажки на улице, не ломать веточки на деревьях. Бизнесмен — не выводить свои активы за пределы, строить объекты, жилье, участвовать в общественных проектах, которые идут на благо города, заниматься благотворительностью. Вести себя достойно. Ценить каждый день в жизни, воспользоваться возможностью принести какую¬то пользу обществу, а не впустую его прожечь.
Антон ВОЛКОВ: «Один в поле не воин» — не вчера сказано. Но каждый на своем месте должен оставаться человеком и жить по законам совести, отвечать за себя и за своих близких. Тогда есть шанс…
Николай ТРУФАНОВ: Если каждый человек привлечет положительные эмоции тех, кто с ним работает, даст уверенность друзьям, работникам в завтрашнем дне, это и есть его вклад как личности. Но насколько много людей он сможет за собой повести, скольким он даст уверенность — это уже вопрос. Есть такая статистика: двигатель общества — это 5¬10 процентов людей, которые достаточно активны, вокруг них формируется те, кто желает идти за лидерами.
Андрей ЩУКО: У меня перед глазами был живой пример — Святослав Федоров. Он бы много мог для страны сделать, его Ельцин приглашал в свою команду на должность премьер­министра. Федоров тогда задал Ельцину один вопрос: а мне дадите делать то, что я хочу и считаю правильным? Кто бы ему дал!?
Николай ТРУФАНОВ: Это будет точка становления общества, когда мы начнем обращать внимание на людей. Не люди для государства, а государство для людей.
Андрей ЩУКО: Надо прекратить унижение людей из таких сфер, как образование и здравоохранение. Про какое будущее страны можно говорить, когда зарплата врача — 7 тысяч рублей, при этом нагрузка колоссальная, бумаг вал и ответственность за жизнь человека! Медсестра сейчас получает больше узкого специалиста в поликлинике!

Х. В.: Ум России не нужен?

Андрей ЩУКО: Умом Россию не понять.
Николай ТРУФАНОВ: Ум России нужен. Я недавно вернулся из Бодайбинского района. Был в школе, клубе. Приятно, что в таких отделенных местах живут энтузиасты своего дела, которые сплотили вокруг себя детей и душой за них болеют. Они сказали такую фразу: «Мы готовим здесь Ломоносовых. Другого выбора у нас нет. Сейчас в школе 60 детей. Мы выходим с вопросами переселения, но очередь не двигается, но нам надо жить, создавать детям обстановку, которая не будет их загонять в беспросвет». В деревне у них нет наркомании. А общая картина — достаточная разваленная инфраструктура. И думаешь — а откуда у людей силы¬то берутся? Дух есть. Ответственность перед детьми. Ближе к большим городам это состояние размывается.

Х. В.: Как вы считаете, взгляды на жизнь у женщины и мужчины должны совпадать?

Андрей ЩУКО: Совпадать они должны, иначе люди не были бы вместе. Когда люди понимают друг друга, это и есть совпадение. А вот точки зрения мужчины и женщины на порядок вещей и на воспитание детей совпадать не могут. Потому что это действительно разные полюса, но в общем и целом взаимопонимание должно присутствовать.
Николай ТРУФАНОВ: У меня четверо детей. Сын уже взрослый и живет самостоятельно. Так что сейчас у меня в доме женское царство: супруга и три дочки. Я — требовательный папа: раскидали игрушки — давайте наводите порядок. Дочки начинают обижаться, Лена за них заступается, но я считаю, что это момент ответственности. Папа должен быть добрым, но не безответственным по отношению к дисциплине. Правда, постоянные командировки не дают возможности заниматься домом и семьей так, как хотелось бы. Поэтому приходится Лене передавать семейный командирский пост.
А по большому счету — согласен, взгляды на жизнь в доме, в семье должны совпадать. Семья — это наш маленький мир, и именно в нем ты ищешь понимания и поддержки. Счастлив тот, кто это находит.

Х. В.: Какой должна быть женщина?

Михаил ДАВЫДОВ: Матерью. Прежде всего. Женщина — жена — мать.
Андрей ЩУКО: Сейчас мода на деловых женщин, их кто­то правильно назвал — женщина­товарищ. А я думаю, что она должна быть женственной, в первую очередь, не суперкрасавицей, но если есть женственность и изюминка, это главное.

Х. В.: А она должна смотреть на мужчину снизу вверх и глаза в пол?

Антон ВОЛКОВ: Она должна быть мудрой. Если в ней есть эта мудрость, то так и будет смотреть (улыбается).
Сергей ТЕН: Мне не нравится слово «должна». Никто никому ничего не должен. Я против таких взаимоотношений. Женщина — это вдохновение, советник, она как земля, мужчина — как большое дерево. Они вместе. Корни в земле. Земля питает это дерево. Дерево растет выше и украшает землю. Я счастлив, что в таком прекрасном женском окружении нахожусь: жена, дочка, мама, две младшие сестры, бабушка, мама отца, она на Сахалине живет… До тех пор, пока сын не родился, я всегда говорил — я у них единственный. А сейчас рад, что нас, мужиков, уже двое. Есть такие вещи, которые сложно выражать словами. Например, что такое любовь? Человек, когда любит, не может подобрать слова. Объяснять любовь можно, включив разум. А настоящая любовь — это эмоции, чувства… Мои родные женщины вокруг меня — это любовь.
Николай ТРУФАНОВ: Я когда прихожу домой, мне дочки навстречу бегут: «Папа, папа»… Прыгают на шею. И ты начинаешь таять. Это любимое состояние, ради которого ты живешь, и его надо беречь как зеницу ока. Все идет, конечно, от жены. Лена — мой друг, мой помощник незаменимый, активно помогает мне. Она все делает от души и сильно переживает за детей. В ней развито это чувство женское. Я счастлив, что встретил женщину с таким набором качеств. С этим человеком хочется прожить жизнь, как говорят в сказах: жили они счастливо и умерли в один день. Не дай Бог, какими¬то неуклюжими действиями ты нарушишь баланс, потом сохранить все будет невозможно. Я очень берегу то состояние духовной близости, которое приобрел с момента нашей встречи с Леной.
Антон ВОЛКОВ: Николай, можно я присоединюсь к вашим словам, очень хорошо сказали, кажется, наши жены очень похожи (улыбается). А о детях? Думаю, лучший способ сделать детей хорошими — это сделать их счастливыми.

Х. В.: А кто в семье должен быть главным?

Александр БИТАРОВ: Очень сложный вопрос. В моем понимании, все­таки мужчина. Почему? Господь бог дал мужчине больше физических данных, чтобы он был защитником, чтобы он больше работал. Но в сегодняшних условиях может быть и паритет, если женщина продвинутая. У меня жена очень продвинутая, я ее отношу к категории бизнес¬леди, это человек, который все время стремится быть на первых позициях и в бизнесе, и в воспитании детей, и в образовании, и в доме. Но, как она говорит, имея сильного мужа, с удовольствием отдает «власть» в мои руки.

Х. В.: Бизнесом надо заниматься постоянно. Остается ли время на семью?

Александр БИТАРОВ: Я из категории трудоголиков, которые живут в большей степени все­таки своей работой, и иногда на этот счет получаю дома замечания. Хотя в последнее время, после рождения последней дочери (ей пять с половиной лет), стал понимать: надо отдавать приоритет семье, уделять родным больше времени, ведь мы живем ради этого. Да, важно общественное признание, важны дела, которые ты оставил после себя, но важно и то, что ты вложил в своих детей. Есть еще одно объяснение такой переоценке моих ценностей — в компании есть люди, на которых я могу положиться, а у меня появилась возможность больше времени уделять детям, жене, друзьям.

Х. В.: Как вы отдыхаете?

Антон ВОЛКОВ: К сожалению, рабочий график не позволяет полноценно и надолго отключиться от дел, вырываемся на праздники и выходные. Смотрим мир, приезжаем порой из отпуска уставшие, но с массой новых впечатлений и эмоций. Наблюдаем, перенимаем опыт. Пока силы есть, будем путешествовать, станем старенькими — на завалинку. Восстанавливаем силы традиционно на Байкале. Уезжаем с друзьями и кучей ребятни — вот это отдых (смеется)!
Андрей ЩУКО: Мы каждый год с друзьями на корабле уходим на Байкал. Красота: нету связи сотовой, хариус свежий каждый день в больших количествах, в общем, находишься словно на необитаемом острове. Или вот мы со старыми друзьями собираемся и вспоминаем музыку, которую можно было назвать музыкой, эстрадой, поем, музицируем. Выставляем на веранду загородного дома два синтезатора, шикарные микрофоны с колонками, вся округа слушает, но никто пока не возмущался (улыбается).
Сергей ТЕН: Мне неважно, что делать — рыбалка, охота… Я люблю природу. Не так у меня много времени на хобби. Я стараюсь, когда есть у меня свободное время, побыть с семьей. И надеюсь, когда сын подрастет, мы будем с ним ездить на рыбалку.
Александр БИТАРОВ: Загнанный человек делает меньше, и коэффициент полезного действия у него ниже. Если лет десять¬пятнадцать назад я умудрялся не отдыхать, то теперь два раза в год недели по две обязательно отдыхаю. На горных лыжах научился кататься лет десять назад, катаюсь в Байкальске и получаю огромное удовольствие. Большую радость доставляет рыбалка. Когда удается — волейбол.

 
От редакции:
А все­таки, о чем говорят мужчины, когда их не слышат женщины? О дорогах. О рыбалке. О будущем и настоящем. О ценах на топливо. О детях. И, конечно, о женщинах.

беседовали: Марина СТАНИСЛАВЧИК,  Людмила КОМАРОВА

фото: Серго КАНТАРЧЯН

 

Навигация

Предыдущая статья: ←

Поиск

Посетите наши страницы в социальных сетях!

ВКонтакте.      Facebook.      Twitter.      YouTube.      Одноклассники.      RSS.
Вверх
© 2017    Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе». Все права защищены.
Любое копирование материалов сайта только с разрешения редакции журнала.   //    Войти