Яндекс.Метрика

Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе»

Игра в гольф (страница 1)

d15Известный бизнес-тренер Радислав Гандапас, с которым я хочу поговорить о простых вещах — о жизни, о семье, детях, — мои вопросы, как мячики, отбивает. Нет, даже не так. Разговор с ним — это не теннис. Он не торопится. Он старается сделать точный удар, чтобы наверняка попасть в лунку. Это игра в гольф. Играть в эту игру можно в одиночестве. Но всегда интереснее с партнером.

— У вас на все вопросы есть ответы?

— Да.

— И даже на те, что постоянно повторяются?

— Я и на них тоже отвечу, но не так, как на вопрос интересный и красивый.

— У вас фамилия такая необычная — с греческими корнями?

— Эта фамилия распространена в Греции, но она персидского происхождения. Кандапаш — на языке древних персов — жрец бога Канды, бога материального мира. Я не слишком глубоко знаю эту ветвь и не претендую на свою причастность к жрецам Персии, но, тем не менее, какой-то отголосок есть, и нечто жреческое в моей профессии тоже присутствует. А имя придумала мама, она все детство провела в Польше. Польское имя Радислав ей пришло в голову, когда я родился.

— Оно красивое, вам идет.

— Откровенно говоря, в детстве я не любил ни имени, ни фамилии. Дети смеялись над необычным звучанием, и мне хотелось раствориться среди них и приобрести имя вполне обычное и даже скучное. Я поделился с папой своими переживаниями, папа сказал, что надо гордиться именем своим. И он был прав. Прошли годы, мне это очень помогло. Будь я Сергеем Ивановым или Игорем Потаповым, было бы сложнее на моем рынке, который сродни шоу-бизнесу, где имя и фамилия могут становиться брендом, если они необычно звучат. Я благодарен судьбе, что она наградила меня таким уникальным сочетанием звуков.

— С чем бы вы сравнили свою жизнь?

— Я вырос в Одессе, и что бы я ни сравнивал: свою жизнь, бизнес, — мне всегда на ум приходит море. Жизненные этапы меняются, меняется состояние этого моря. Оно было штормовое, очень опасное, грозившее крушением. А сейчас это море, на котором есть волны, но в целом погода солнечная, ветер не слишком сильный, можно плыть довольно уверенно, да и суденышко уже не то, что было раньше —не утлый рыболовецкий сейнер, а пассажирский современный лайнер, оснащенный современными системами навигации и мощными моторами.

— Вот как! Каким вы видите себя лет через десять?

— У меня был определенный образ. Но сегодня он уже не кажется мне привлекательным. Недавно в моей жизни случилось событие, которое скорректировало представление о будущем, — чуть более года назад родилась дочь! И мне захотелось быть очень долго здоровым, а интенсивная работа на износ часто противоречит этому желанию. Шесть-восемь городов в месяц, каждый третий день в самолете, и кажется, что все проходит бесследно, что ты выспался — и о’кей. Ничего подобного! Потому я задумался об изменении в целом своего образа жизни. Я хочу увидеть свою дочь в подвенечном платье. И я ХОЧУ ее увидеть в этом платье не из коляски с трясущейся головой, а крепким старцем, могущим повести свою дочь под венец. Я прибавляю к ее сегодняшнему возрасту примерно 25 лет… Елки-палки, мне будет 70! Мой отец не дожил до 70-ти. А я должен дожить. Я должен оценить, кого мне привели в дом. Я должен напутствовать, благословлять и т.д.
Потому я чувствую ответственность за продолжительность и качество своей жизни. Рождение ребенка нас заставляет мыслить стратегически. Я отдаю себе отчет, что дочь может не выйти замуж в 25, она может не выйти вообще, быть феминисткой и так далее. Я не исключаю, что не будет этой картинки, не будет никакой свадьбы.. НЕВАЖНО, реализуется ли этот сценарий. Важно, что он у меня есть.

 
— Наверное, вам еще очень важно смотреть, как растет дочь.
— Каждый раз, когда я возвращаюсь из поездки, меня ждет сюрприз — дочь подросла. Но, слава богу, она при мне сказала первое слово.

— Какое?

— «Карл Маркс». Я пошутил. «Мама», конечно. Она до сих пор говорит «мама» мне и моей жене, вкладывая в него свой смысл. И первый шаг она сделала при мне, из наших рук. И я здесь себе ставлю «зачет» — к счастью, это пришлось на тот период, когда я был дома. Второй шаг — уже не событие. Это было бы необратимо. И я отчетливо понимаю, что через семь лет, 1 сентября, что бы ни было, что бы мне ни предложили, даже если меня вызовет к себе президент, — я отключу все телефоны и пойду с ней в школу. Я понимаю, что неправильно жить ради детей. Ты теряешь ценность для них, когда становишься ковриком для вытирания ног, соковыжималкой, стиральной машиной. Ты должен жить для себя, чтобы дети брали с тебя пример, чтобы они тянулись к твоему уровню. Но и нельзя жить исключительно для себя. Пока ты создаешь вокруг себя группу и берешь на себя определенные полномочия, ты несешь ответственность за эту группу. В рамках семьи на нас лежит лидерская функция, где лидерство — там ответственность. Где ответственность — там и лидерство. По-другому и не бывает.

— Я так и знала, что мы все равно свернем на рельсы вашей работы: лидерство — одна из основных тем ваших семинаров! Скажите, есть какое-то необходимое и достаточное условие для того, чтобы семья была крепкой и счастливой?

— Вы знаете, семья гораздо более сложная конструкция, чем любой бизнес. Мне кажется, что наладить отношения в семье труднее, чем наладить отношения в стране. Если выборы президента происходят раз в пять лет, то выборы в семье происходят ежедневно. Мы живем в социально-экономических условиях, при которых смена партнера — дело одной минуты. И вас выбирают ежедневно. И вы выбираете. И никакие факторы — ни дети, ни деньги, ни осуждение близких— сегодня не являются сдерживающими. Современный брак — это ежедневный выбор обеих сторон. Каждый день просыпаешься: хочешь быть с ним? Хочу. Буду. А в стране что делать? Можно уехать, но это не то же самое, что развод. Потому что привыкнуть к новым условиям — сложно. Рецептов — как управлять государством, много. Читайте Макиавелли. Но рецептов — как создать классную, гармоничную семью, нет. Однако что-то надо сказать в ответ на ваш вопрос, и я скажу: не занимайтесь отношениями, занимайтесь собой. Не партнера перевоспитывайте. А себя. Не надо всю жизнь вкладываться в отношения. Улучшайте себя, совершенствуйте. И ваши отношения будут совершенствоваться. Смените вектор ваших усилий.

— А как в вашей семье все происходит? Вы ссоритесь?

— За три года, что мы вместе с моей женой, ни одной ссоры, ни одного скандала, ни одного разговора на повышенных тонах. Было несколько моментов, когда один из нас замыкался и не хотел разговаривать. Это произошло как раз после интервью, когда я сказал, что мы не ссоримся, потому что все проговариваем вслух.

— Сглазили?

— Не надо такие вещи рассказывать, видимо.

— А вы верите в говорящие случаи? Ведь вы с женой познакомились случайно — на ваш телефон пришло сообщение, которое предназначалось не вам, а вы ответили.

— Кто-то сказал, что случай — это просто непознанная закономерность. Человек сначала влюбляется, а потом появляется объект. Мы не замечаем никого, когда мы закрыты для отношений. Если мы открываемся, происходит какая-то внутренняя работа, то появляется и бизнес, и любовь, и партнеры, и друзья, и дети. Но об этом много сказано, не хочется повторять клише. В тот момент я пресытился автономным существованием, был готов к встрече, новым отношениям. Я даже удивляюсь, как в одночасье все переменилось. У меня была жизнь одинокого творческого человека в гламурной московской квартире на Тверской, с видом на пять сталинских высоток, на Миракс, на заходящее солнце… Там техника высокого класса, дизайнерский ремонт, огромный балкон с цветами, куда высыпала компания друзей смотреть на Москву. От этой жизни до жизни в трехэтажном доме с двумя детьми, с прислугой, животными, спортзалом, сауной, прудом, карпами, с машинами, водителями, все произошло, как по мановению палочки. Это совершенно новый уклад.

— Зачем такой большой дом?

— Он не наш. Мы его снимаем. Это эксперимент. Мы решили пожить за городом и посмотреть, насколько это нам подходит. Рядом лес, озеро. Утром проводил ребенка в школу, вышел с собачкой — так хорошо!

— Хочу вас спросить про вашу супругу. Какой должна быть женщина, чтобы понравиться такому мужчине, как вы?

— Она должна быть самодостаточной. Не зависящей от меня. Только в этом случае она представляет для меня ценность. Если женщина живет со мной потому, что я являюсь источником всех ее наслаждений, потому, что я вожу ее на шопинг и на Мальдивы, мне такие отношения не интересны. «Любовь предпочитает равных», — сказал Лопе де Вега в «Собаке на сене». Она должна мне дать совет, который заставит меня задуматься. И при этом я не должен думать: а что это женщина дает мне советы? Похоже, умный совет. Но пусть знает свое место. В чем-то я сильнее, в чем-то она. Она должна быть самоценной, уметь обходиться без меня. Аня и обходилась без меня, строила карьеру. У нее была хорошая работа, высокий доход, она содержала свою семью, помогала родителям. Если я сейчас по каким-то причинам не смогу или не захочу ее обеспечивать, она прекрасно обеспечит еще и меня. Мы, конечно, потеряем в качестве жизни, но в любом случае будем жить лучше, чем большинство российских семей.

— Это тот человек, с которым вы хотите встретить старость?

Навигация

Предыдущая статья: ←

Поиск
Вверх
© 2017    Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе». Все права защищены.
Любое копирование материалов сайта только с разрешения редакции журнала.   //    Войти