Яндекс.Метрика

Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе»

япония. «Испытание»

c12

Они стояли на перекрестке в огромном городе из стекла и бетона. Позади них находилась железнодорожная эстакада, по которой неслись поезда, а впереди возвышались четыре здания делового центра «Сити». Для 35 миллионов жителей Токио был самый обычный день, привычная суета: все куда-то спешили, по дорогам мчались автомобили, под землей — поезда метро. И никто даже предположить не мог, что этот день — пятница, 11 марта 2011 года — войдет в историю Японии как один из самых трагичных.

Иркутяне Елена Тарасова и Андрей Алпатов изучали путеводитель по Токио и рассматривали здания. В одном из них находилась мастерская японских ремесел, где хотели побывать туристы. Вдруг под ногами задрожала тротуарная плитка, и в воздухе раздался сильный гул. «Мы подумали, что это поезд идет по эстакаде», — вспоминает Елена. Но земля задрожала сильнее, поднялся ветер, а гул стал нарастать. Дорожные знаки у эстакады стало трясти с неимоверной силой, и тогда они поняли, что началось землетрясение. «Нас качало так, что невозможно было устоять на ногах, было похоже на качку на корабле. Андрей крикнул: «Бежим!» Но куда бежать?! Мы только вышли из метро, не знаем город», — рассказывает Елена.
c20Бежали все. В разных направлениях, но очевидно, что в поисках убежища. «Я и Андрей не могли поверить в то, что это происходит с нами, — вспоминает Лена. — Мы прилетели за тысячи километров в эту страну, и казалось невозможным, чтобы с нами приключилось такое! Не было чувства страха, потому что мы до конца не осознавали происходящего и не верили ему. Наша поездка по Японии, к которой мы готовились давно, была четко распланирована, но именно с 11 по 15 марта в нашей программе мы написали: «Приключение!». Мы всегда оставляем спонтанными несколько последних дней поездки, потому что планы могут перемениться».
Они попали во двор, окруженный относительно невысокими зданиями, этажей по 8¬9. Там решили переждать землетрясение. На площадке собралось около двухсот человек. Все тревожно смотрели на небоскребы, которые раскачивались, как деревья на ветру. Каждый понимал: если они начнут рушиться — не спасется никто.
Эвакуация началась немедленно. Отключилось электричество. Люди спускались с верхних этажей зданий по пожарным лестницам. Завыли сирены машин скорой медицинской помощи. Творилось что-то невообразимое. Лена и Андрей все так же стояли во дворе и ждали. Впервые за несколько дней пребывания в Японии они увидели в руках у японцев мобильные телефоны, которыми запрещено пользоваться в общественных местах. А тут все достали сотовые и пытались дозвониться до своих близких. Но связи не было.
В том же дворе находилось здание яслей, откуда нянечки выносили кроватки и укладывали в них спящих малышей. У тех был сонный час. Малютки спали, и никто не заплакал, тогда как вокруг происходила катастрофа. c15

В ожидании

Я и Елена встретились за столиком кафе, в центре Иркутска. За окном был ясный, солнечный день, все радовались наступившей весне и хорошей погоде. Япония находилась далеко и в то же время близко, потому что напротив меня сидела Елена, вспоминала 11 марта, и я невольно представляла себе картины произошедшего, пыталась увидеть тревожные лица японцев, услышать ветер и гул эстакады, почувствовать дрожь земли.c10
— Трясло минут тридцать, и когда земля успокоилась, японцы ринулись в магазины, откуда выходили с пивом, — продолжает свой рассказ Елена. — Мы удивились этому, но, видимо, таким образом люди пытались снять стресс. К нам подошла девушка, которая оказалась русской. С ней была ее пятилетняя дочь. Девушка рассказала, что живет на 13 этаже, в ее квартире разбились стекла и зеркала, и что за десять лет ее жизни в Японии такое землетрясение она наблюдает впервые.
Елена и Андрей провели во дворе около двух часов. Вышли на проезжую часть и побрели к ближайшему кафе, чтобы попить горячего чаю и согреться, потому что резко похолодало, температура воздуха упала до нуля градусов. В кафе было яблоку негде упасть, то же самое творилось во всех заведениях общепита. «То, что я увидела, выйдя из кафе, не забуду никогда, — вспоминает Елена. — На остановках транспорта — километровые очереди. Электричества не было, и метро не работало. Мы поняли, что придется идти пешком, достали карту. До нашей гостиницы было 20 километров пути. И мы пошли».
Люди заполнили улицы и дороги. Машины стояли в пробках. К телефонным автоматам тянулись огромные очереди. «Было шесть вечера, и уже темнело. В Японии темнеет рано, мы боялись заблудиться, но к нам подошел японец и предложил помощь, — рассказывает иркутянка. — Он шел с нами рядом минут тридцать, чтобы показать дорогу. Вообще, японцы всегда охотно помогают приезжим. Стоит только достать карту, как тут же к тебе подойдет кто-нибудь и предложит помощь. Это удивительно. Вы можете представить, чтобы кто-нибудь у нас поступил так же в обычной, рядовой ситуации, не говоря уж об экстремальной?».
До гостиницы добирались 4,5 часа. Быстрым шагом, почти без остановок. В отеле не работал лифт, и на двенадцатый этаж Елена и Андрей поднялись по лестнице. В номере они собрали так называемые сигнальные рюкзачки, куда сложили документы, деньги, кредитные карточки, бутылки с водой. Легли спать в одежде, но спустя полчаса начались толчки. «На двенадцатом этаже подкидывало здорово. Мы вышли из номера, спустились в холл, где уже собрались другие постояльцы, — рассказывает Лена. — Расположились кто как мог, и до трех ночи ждали, что дальше. Прогнозов никто не мог дать, что делать — непонятно».


c14Две реальности

Паники не было. Более того — у японцев появилось еще больше внимательности и сочувствия к туристам. Все оставшиеся четыре дня к иркутянам на улицах подходили случайные прохожие, обнимали и выражали свое сожаление, что они оказались в их стране в такой тяжелый момент, что увидели Японию не такой, какой она должна была быть. «Мы отшучивались, говорили, что и у нас, в России, бывает всякое. Но было необычно встречать такую реакцию у людей. Мы же не привыкли к такому», — признается Елена.
Все время казалось, что трясет. Нервы сдавали у обоих. В своем номере Лена и Андрей всюду расставили емкости с водой и наблюдали за ними — дрожит или нет. Следующий день — суббота. Путешественники вышли из отеля, чтобы прогуляться по городу. Токио словно вымер. На улицах пусто, тишина, уже нет очередей и пробок. Метро все еще не работает. Во всех общественных местах, магазинах и супермаркетах появились склеенные вручную коробочки для пожертвований пострадавшим от землетрясения.
Местные новости сообщали о цунами. Все каналы в гостинице были на японском языке, ни одного — на английском. Лена и Андрей не знали, что происходит в стране, каковы разрушения, сколько погибших. И уж тем более ничего не слышали про взрыв на АЭС в Фукусиме. «По телевидению показывали цунами, разрушенные дома, эвакуацию людей, и ни одного трупа, ни одного жуткого кадра, ничего, что могло бы вызвать у населения панику, — говорит Лена. — И еще один интересный момент: во время эвакуации вокруг машин скорой помощи натягивали тенты, и не видно было, кого и с какими травмами выносят из зданий. И зевак там нет. Не принято у них глазеть на чужое горе».
Наконец, появилась связь. Моментально обрушился шквал звонков и смс­ок от родных и друзей из Иркутска, Москвы. Сестра Елены рассказала про взрыв на АЭС, про уровень радиации, выброс отходов и потребовала: «Лена, уезжайте как можно скорее».
Но аэропорт не работал. Метро — только частично. Улететь из Японии не было никакой возможности. Тогда Лена и Андрей решили не менять намеченных ранее планов и в воскресенье поехали в расположенный в 70 километрах от Токио древний город Камакура, который когда-то был столицей Японии. «Потрясающей красоты город. Много дзен¬буддийских храмов, великолепная природа, — делится впечатлениями Лена. — В Токио, по большому счету, смотреть не на что: нет никакого исторического наследия, всюду — стекло и бетон. А Камакура прекрасна».
В местном отеле им сообщили, что в понедельник не будет электричества, закроют все магазины, и нужно запастись едой. Выяснилось, что Японию поделили на пять зон, в каждой из которых по очереди ограничивали подачу электроэнергии, ради экономии. Останавливался транспорт, не работали магазины, бары и рестораны. Не было смысла сидеть в номере и в страхе ждать очередного катаклизма. Лена и Андрей пешком прошлись по Камакуре, побывали в храмах, посетили все местные достопримечательности.

c16Наступил понедельник. Тревога нарастала. В основном, из¬-за сообщений родственников и друзей о происходящем в Фукусиме, о возможности взрыва и радиации. Каждый требовал, чтобы Лена и Андрей немедленно уехали из Японии. «В Японии все были спокойны, не паниковали, больше тревоги исходило от тех, кто в России. Ведь они видели другие кадры по телевизору и слышали другую информацию», — рассказывает Лена.
Они не знали, что делать, как добраться до аэропорта. Железнодорожная станция была закрыта, а как иначе выбраться — не имели представления. И вновь им помог один из японцев — молодой парень, который работал в гостинице и немного говорил по-¬английски. Он нарисовал четыре схемы — варианты пути до аэропорта. Три из них зачеркнул на следующее утро. «Он много звонил, искал информацию в Интернете, в итоге предложил нам единственно возможный вариант — на такси добраться до соседнего города, где работает железная дорога, потом на поезде в Иокогаму, и уже оттуда на автобусе в аэропорт. Распечатал нам всю необходимую информацию, предупредил о возможных нестыковках», — говорит Лена.
c11Меж тем становилось все тревожнее. Смс-ки из России приходили на мобильные телефоны после каждого выпуска новостей. Вечером в Камакуре вдруг завыли сирены, по улицам проносились машины скорой помощи и полиции. Лена подумала — взрыв! «Начало першить в горле, щипать в носу. И было смешно от этого, потому что я понимала — нервы сдают. Ведь если бы случилось что-нибудь, нас бы эвакуировали и увезли в убежище, — говорит иркутянка. — Та ночь была самая ужасная. Я мысленно прощалась со своими детьми, потому что не знала, увижу ли их снова. Думала — вдруг взрыв, и всех накроет. До шести утра не спала, в семь встали и начали собираться в дорогу».

 Другая планета

Точность японца сработала на все сто процентов. «В Японии транспортная логистика — из области фантастики. Если в одном городе не работает железная дорога, то непременно действует в другом. А как все организовать, когда такой коллапс? Это уникальная страна. Только японцы могли такое сделать».
Иркутяне благополучно добрались на такси до соседнего города, оттуда в Иокогаму, там купили билеты на автобус и, наконец, поехали в аэропорт. «Я желала этой стране счастья, — призналась Елена. — Прощались с японцами и думали — это мы едем в аэропорт и улетаем из страны, а они остаются здесь. Но они абсолютно спокойны, ни тени тревоги на лицах, улыбаются, совершенно не показывают эмоций, не паникуют. Поразительный народ. Сердце кровью обливается, как подумаю, какое испытание им досталось и как они его переживут, что с этой страной будет дальше».
В день отъезда появились огромные очереди в супермаркетах. В каждом из них был составлен список продуктов, которые можно купить в определенном количестве — не более. Люди спокойно ждали своей очереди: один человек выходит из магазина, тут же заходит другой. Никакой давки, ругани и уж тем более драк.
c13В два часа дня Лена и Андрей приехали в аэропорт. Там так же — никакой паники, все организовано, самолеты вылетают в назначенное время. Пассажиры — туристы, в основном, китайцы, поскольку в половине седьмого ожидался рейс на Пекин, на котором должны были лететь и наши герои. «Мы не расслаблялись до самого последнего момента. Уже у трапа самолета я разговаривала по телефону с сестрой, и она просила позвонить еще раз из самолета. И я ей говорила, что вот, я уже на борту, иду по коридору, скоро летим, — говорит иркутянка. — Мы заняли свои места, шасси оторвались от взлетно-посадочной полосы, и я заплакала».
Тут Лена замолчала, сдерживая навернувшиеся на глаза слезы. А мне никак не верилось в то, что я услышала за столиком кафе. Вокруг были люди, они улыбались, смеялись, о чем-то говорили. За окном была жизнь без катастроф, потерь, испытаний. А за тысячи километров отсюда находилась Япония, и там все было по-¬другому.
«Приземлились в Пекине, вышли из самолета, стояли на земле и не верили, что она не дрожит. В Иркутск вернулись вечером 16 марта. Сообщили друзьям и близким, что все в порядке, и весь следующий день провели дома, отключили телефоны и никуда не выходили», — рассказывает путешественница.
Лена уверена — у японцев есть чему учиться: сдержанные, выносливые и терпеливые. «В Китае понятно — там все запуганы, постоянно в страхе. А у японцев — нет, у них что-то другое, намного глубже и интереснее, — размышляет она. — Уже потом я читала, что после землетрясения были разрушены многие супермаркеты, магазины и банкоматы. И ведь никто ничего не брал, не было мародерства».
Лена читает книгу по истории Японии — вдруг найдет разгадку и поймет эту нацию, эту уникальную страну, где были Хиросима и Нагасаки, а потом — Фукусима, где живут удивительные люди — открытые, сочувствующие, которым не чуждо чужое горе. «В Японии мы почувствовали две вещи. Первое — ты становишься вежливым, как японцы: кланяешься на приветствия, отвечаешь улыбкой на улыбку, и это очень приятно. И второй момент — абсолютно исчезают барьеры между тобой и другими людьми. Ты знаешь, что тебе никто никогда не нахамит и не откажет, напротив — еще в ноги поклонятся и спасибо скажут за то, что тебе комфортно в их стране. И когда люди подходили и выражали сочувствие, мы воспринимали это с благодарностью. Непонятно, как люди могут такое испытывать. Ведь мы никогда не будем проявлять жалость к иностранцам, а в первую очередь подумаем о себе».
— Поедете еще раз в Японию? — спросила я Лену в конце нашего разговора.
— Да. Обязательно, — не задумываясь, ответила она. — В эту страну хочется возвращаться. Там аура создана народом, и она удивительна. Конечно, природа потрясающая, но красивых мест много. А вот такая аура есть только в Японии. Я не знаю, понимают ли они, насколько отличаются от других, осознают ли свою уникальность. Мы всегда говорим — есть другие страны, а есть другая планета — это Япония.?
Извержения вулканов, землетрясения, наводнения, горные обвалы и ураганы испокон веков сопутствовали жизни японцев; не в последнюю очередь природные катаклизмы способствовали выработке таких национальных качеств, как мужество, терпеливость, самообладание, сноровка. Именно таким мы увидели этот народ с сильной волей и добрым сердцем.
Япония — страна с высочайшей культурой. Сегодня рядом со сверхточными приборами и сверхнадежными машинами, на фоне самых современных зданий и прочих мировых достижений в Японии сохраняется духовная основа всего сущего, поскольку это — способ существовать в мире природы, в ладу со всем окружающим.
Бусидо — путь воина — неписаный кодекс поведения самурая в обществе. Он сформулирован в известных трех заповедях: не опоздай встать на «путь воина», чти своих предков, поднимись над личными привязанностями и собственными горестями — существуй для других! Этот принцип японцы стараются соблюдать и по сей день, каждый из них бесстрашен по-настоящему!

текст: Евгения ЛИПИНА

фото: Андрей АЛПАТОВ

Поиск

Посетите наши страницы в социальных сетях!

ВКонтакте.      Facebook.      Twitter.      YouTube.      Одноклассники.      RSS.
Вверх
© 2017    Первый светский журнал Иркутска «В хорошем вкусе». Все права защищены.
Любое копирование материалов сайта только с разрешения редакции журнала.   //    Войти